Экологический мониторинг Трансарктического транспортного коридора давно перестал быть темой академических дискуссий. Это вопрос государственной безопасности, международной репутации и экономических рисков — и решать его нужно параллельно с развитием самого коридора, а не после. К такому выводу пришли эксперты Международной научно-деловой конференции POLAR 2026 в ходе панельной сессии «Экологический каркас Трансарктического транспортного коридора: мониторинг, оценка воздействия, устойчивое развитие», состоявшейся в Арктическом и антарктическом научно-исследовательском институте (ААНИИ).
Модератор сессии, ведущий научный сотрудник ААНИИ Мария Гаврило начала дискуссию с терминологического разграничения, которое задало тон всему разговору. Севморпуть – это лишь центральная часть Трансарктического транспортного коридора и он целиком пролегает в пределах исключительной экономической зоны России. ТТК не только шире и включает Баренцево море и дальневосточные моря России, но это уже принципиально иная конструкция: он связывает порты Балтики с дальневосточными портами, на западном фланге выходит за пределы российских вод и транзитом пересекает экономические зоны европейских государств. Это значит, что любые экологические проблемы на его трассе автоматически становятся предметом международного внимания.
«К настоящему моменту в отношении России накопились стереотипы, связанные с неэффективным управлением и недооценкой экологических рисков. Эти стереотипы надо преодолевать путем реализации четкой, эффективной и прозрачной экологической повестки, а также путем демонстрации того, что эти риски осознаются и что прилагаются максимальные усилия для их минимизации» – заявила Мария Гаврило.
Многое из того, что экономисты и логисты называют параметрами роста ТТК, экологи рассматривают как факторы риска. Круглогодичная навигация нарушает ледовые местообитания. Строительство новых портов в неосвоенных районах Восточной Сибири и Чукотки затрагивает нетронутые экосистемы. Масштабные дноуглубительные работы – расширение их географии предусмотрено плановыми показателями – способны изменить не просто рельеф морского дна, но и режимные гидрологические характеристики значительных акваторий. При этом растущая антропогенная нагрузка накладывается на глобальные климатические изменения: по последним данным, Арктика теплеет в четыре раза быстрее, чем планета в среднем. Совокупный, или кумулятивный, эффект этих воздействий, по словам Марии Гаврило, значительно превышает сумму его составляющих.
«Экологический мониторинг должен быть встроен в модель циклического управления морской деятельностью. Мы осуществляем деятельность, она в свою очередь оказывает влияние на экосистемы Арктики, меняется природная среды и биота, и происходящие изменения должен фиксировать экологический мониторинг. Анализ его данных и прогнозы должны по механизму обратной связи влиять на управленческие решения, чтобы обеспечивать систему природоохранных мер: предотвращение, смягчение или компенсацию последствий негативны воздействий», отметила Мария Гаврило.
В России действует государственная система экологического мониторинга, включающая 16 подсистем, но дает ли она целостное понимание состояния арктических экосистем? Директор по развитию АНО «Экофактор» Илья Черноок считает, что - нет. По его словам, данные, собираемые корпорациями, научными институтами и различными ведомствами, часто закрыты для государства, несопоставимы между собой и зачастую в принципе непригодны для системного анализа – из-за отсутствия единой методологии и координации наблюдений.
«Данные собираются в разрозненном формате, зачастую неструктурированные, невалидные и недоступные для использования. Даже если собрать их в едином информационном центре, получим то, что айтишники называют мусор. Мусор на входе – мусор на выходе» – пояснил Илья Черноок.
Заведующий лабораторией гидробиологии Полярного научно-исследовательского института морского рыбного хозяйства и океанографии имени Н.М. Книповича Игорь Манушин проиллюстрировал это примером из практики: когда приезжая коммерческая подрядная организация проводит «мониторинговые» исследования донных сообществ в Кольском заливе речным черпаком на глубине 80 метров и заключает, что бентоса в этом морском заливе нет, – такие данные не просто бесполезны, они вредны, потому что могут попасть в общую базу.
По мнению экспертов, система мониторинга должна строиться на модульном принципе – с минимизацией затрат за счёт интеграции уже существующей инфраструктуры: метеостанций Росгидромета, инфраструктуры особо охраняемых природных территорий, арктических спасательных центров МЧС и других учреждений, ведущих релевантные наблюдения в Арктике. Ключевые принципы – экосистемный подход, единая сквозная методология и инструментарий на всём протяжении ТТК, без чего даже самые качественные локальные наблюдения остаются несопоставимыми и не дают целостной картины. Роль координирующего центра, по мнению участников, мог бы взять на себя ААНИИ: опыт создания государственной системы мониторинга вечной мерзлоты, которая должна будет объединить 140 скважин по всей криолитозон показал, что концентрация ответственности в одной структуре резко повышает эффективность.
«Экомониторинг – это не столько затратная деятельность, сколько инструмент оценки и снижения финансовых рисков для всех участников ТТК. Непрерывные данные позволяют на ранней стадии выявлять угрозы и управлять рисками превентивно – до того, как они реализовались», – сказал Илья Черноок.
Директор группы операционных рисков компании Kept Светлана Шейнфельд рассмотрела проблему с другой стороны – корпоративной. По её словам, между научными организациями и компаниями сложился устойчивый взаимный дефицит доверия: учёные считают, что провели работу, но компания ничего не изменила; компании считают, что получили данные без конкретных рекомендаций. Выход – включить биоразнообразие в корпоративную бизнес-модель как постоянную переменную, а не как реакцию на форс-мажор. Между тем ведущий международный инструмент оценки природных рисков TNFD, признанный на правительственном уровне в том числе в Китае, для арктических условий работает лишь частично: его руководство ориентировано на умеренные и тропические широты. России нужно собственное национальное приложение к этому стандарту.
«Стратегии и планы действий в области биоразнообразия нужны не только тогда, когда у компании критические риски. Там уже поздно. Эти документы нужны на всех стадиях жизненного цикла проекта и для любого уровня риска – чтобы своевременно его отслеживать и не допускать повышения», – подчеркнула Светлана Шейнфельд.
Главный эксперт Управления экологии Центра морских исследований МГУ Александр Шестаков обозначил ещё один системный разрыв – временной. Наука и управление живут в разных горизонтах: учёный всегда попросит ещё несколько экспедиций, управленец требует решения сегодня. Эту нестыковку необходимо устранять – переводить результаты мониторинга не в научные отчёты, а в конкретные рекомендации, пригодные для немедленного применения.
Завершающим аккордом сессии стали данные об арктическом оледенении – наглядном климатическом индикаторе, который напрямую связан с безопасностью судоходства. Старший научный сотрудник отдела адаптации к изменениям климата Института глобального климата и экологии академика Ю.А. Израэля Александр Олейников представил результаты спутникового мониторинга островных ледниковых систем российской Арктики. С 1950-х годов Новая Земля, Северная Земля, Земля Франца-Иосифа и острова Де-Лонга потеряли в совокупности около 9% площади своих ледников – порядка 5 000 квадратных километров. При этом темпы сокращения в XXI веке вдвое выше, чем в XX-м: отдельные ледники за последние шесть-семь лет потеряли от 1 до 42% площади. Практическое следствие для СМП: выводные ледники западного побережья Новой Земли продуцируют всё больше айсбергов, которые свободно дрейфуют в одном из главных навигационных районов коридора – Баренцевом море.
Сессия завершилась общим выводом: необходимо добиться, чтобы экологический мониторинг перестал быть «ещё одним пунктом» в повестке развития ТТК и стал его неотъемлемой инфраструктурой. Экологическая устойчивость Арктики – это уже не ограничение развития, а условие существования самого Трансарктического транспортного коридора. Соблюдение этого условия требует достоверной научной базы, современного надежного инструментария и включения в стратегическое планирование и оценку рисков. И этот инструмент нужен сегодня.
Международная научно-деловая конференция POLAR ежегодно объединяет представителей федеральных и региональных органов государственной власти, ученых, бизнеса и общественных организаций, специализирующихся на работе в полярных широтах. Организатором мероприятия выступает Арктический и антарктический научно-исследовательский институт.
Арктический и антарктический научно-исследовательский институт (ААНИИ) — ведущий мировой научный центр по исследованию полярных областей Земли. Институт проводит весь цикл работ в высоких широтах в интересах Российской Федерации и коммерческих компаний. Научные подразделения института занимаются фундаментальными и прикладными исследованиями климата, процессов в атмосфере, ближнем космосе, морской среде и ледяном покрове. ААНИИ является государственным оператором для организации и осуществления деятельности в Арктике. Распоряжением Правительства Российской Федерации от 8.10.2012 г. №1872-р Арктический и антарктический научно-исследовательский институт назначен государственным оператором для организации и осуществления деятельности в Антарктике в интересах Российской Федерации. За 105 лет научной работы специалистами института организовано около 1 200 экспедиций в Арктику и Антарктиду. С 1994 года институту был присвоен статус государственного научного центра Российской Федерации. В настоящее время ААНИИ входит в структуру Росгидромета. С 2017 года институт возглавляет доктор географических наук, профессор РАН Александр Макаров.
Партнерами конференции POLAR 2026 стали Банк Санкт-Петербург и компания «НГ-Энерго». Информационные партнеры - телеканал Наука, телеканал Санкт-Петербург, радио России, Российская газета, журнал «Вокруг света», GoArctic, ПОРА, PortNews, Корабел.ру, РЖД-Партнер.